Рейтинг публикаций

...тот, кто попробует «протянуть» данное рассуждение от начала до конца, получит матрицу не только понимания природы человека как осознающего существа, но и матрицу, способ, каким образом... открыть для себя всю вселенную... весь упакованный в ней гений человека... стать «и садовником и цветком»...

Яфаров был самым младшим ребёнком, поэтому всё донашивал за старшими братьями. Он так привык к этому, что терпеть не мог ходить по магазинам. Дошло до того, что даже на лекции он бродил по аудитории, прикидывая, что из гардероба студентов ему бы подошло.

...это единственно интересно. Не вот этот я сам и не что-то глубоко во мне или вовне меня сущее и меня двигающее, а протянутое, растянутое между мною и миром. У-топос жизни. Которая все вдыхает и все выдыхает. Не переставая. Моя и не моя. Только почувствовав его, начинаешь понимать, что теряешь, ее не зная. Что здесь кафедра, Гоголь или идентичность? Ровным счетом ничего! В сравнении с этим вечным. Которое всегда разовое. Новое. И потому – непривыкаемое. Которого так много и так не хватает.

Я не знаю, слышно ли то, что я говорю, но вся русская литература, или по крайней мере та, с которой я до этого момента сталкивался, до краёв наполнена этим переживанием, этим топосом, этим пространством, этой стихией – памятью, живым сном, забытьём, дремотой давно и необратимо утерянного единства всего сущего.

Справедливость русского – не в равном распределении, вообще не в равности существования, а в неотделённости одного от другого, в со-присутствии всех в одном...

...русский отступает вглубь со-бытия, туда, где оно ещё формируется, теряя при этом свою собственную определённость; эта потеря и является главным оружием русского в войне с западом... – отступление в собственное формирование...

Похоже, тех, кто пытался быть русским философом, больше всего с толку сбивали западные и восточные формы социализации философии, особенно западные, которые были насажены в России в течение последних трёхсот лет.

...люди считают, что математика широко проникла практически во все области человеческой жизни, тогда как философия – лишь в несколькие и далеко не определяющие. Приятное, может быть, но совершенно ошибочное представление...

Понятия текучи, так как текуче всё сущее; тот, кто думает, что число пять не меняет свою природу, так же наивен, как тот, кто думает, что сегодня его греют те же самые лучи солнца, что и вчера.

Воля русского «возвращает» в переживаемый опыт ...русскую дрёму всего живого. Воля русского тем самым убивает переживающего как отдельного, отделённого и оживляет единство живого. Само творение становится русским и без него будет другим!

Кто хочет понимать и чувствовать русское, тому придётся всегда иметь дело именно со «знанием несказанных очертаний»; поэтому не судите меня как критика, но вполне можете как того, кто рассматривает русское, освещаемое факелом «древней воли», которая татарской стрелой пронзила и мою грудь тоже.