Рейтинг публикаций

У читателя книги «Православие и постмодернизм» может возникнуть впечатление, что Татьяна Горичева пытается «соблазнить» западное общество юродством. Она стремится повернуть, подтолкнуть его к воцерковлению, к новому крещению Европы. Философ старается провести идею о возможности и даже предрасположенности современного общества к возвращению традиции, к возврату христианства, к рехристианизации.

Пардес — один из наиболее употребительных топосов в аллегориях и притчах. Чаще всего он охраняется от вторжения посторонних, к примеру, в притче из Пиркей рабби Элиэзер (44) его охраняет пёс. Пардес из нашего рассказа не охраняет никто. Что отнюдь не означает, что каждый в него может войти.

Речи продолжают сиять, бушевать, изобличать, восславлять; письма современны любой современности, и образ Цицерона настолько богато представлен историей, что он будто – растворился славою деяний своих во всех веках…

Биофил: ...Человечество рано или поздно исчезнет (в результате ли его самоистребления или естественного вымирания – все равно), и, как знать, может, если и не на этом небесном теле, то на каком другом над миром снова взойдет заря разумной жизни…

Почему, несмотря на наличие известных причин социальных революций, в азиатских странах при народных возмущениях до последнего времени не происходило скачкообразных изменений основ социального строя, в отличие, например, от возмущений, возникавших в период перехода от феодализма к капитализму в Европе? почему в одних странах этот переход ограничивался реформированием социальных устоев, а в других он не обходился без сильнейших потрясений основ? почему за революцией довольно быстро следует наступление реакции?

Трудно видеть человека объемно, многомерно, разнообразно, для этого требуется не только упорная работа самого человека, но и развитое общество, требующее от человека многомерного восприятия и поведения. То есть наблюдение человека в измерениях времени и пространства не дает и не может дать адекватного представления о том, каков он внутри, да и вообще что это за "нутро"?

Жизнь есть основа мироздания, которое без нее не существует, и высшим ее проявлением оказывается человек, отличный от остальных живых существ не тем, что он имеет иной набор органов чувств по сравнению с приматами, но тем, что он становится способным, осознавая себя самого и свои возможности, то есть благодаря самосознанию, расширять диапазон уже не только ощущений, а представлений об окружающей среде, становясь тем самым над ней, но и не выходя из нее окончательно.

...сейчас я более подробно исследую интересный и совершенно не изученный в европейской традиции предмет – практику созерцания в её связи с восприятием и переживанием времени.

Ум – это зеркало бытия, но видит ум в этом зеркале самого себя, и чувственное познание, соприродное бытию, едва ли не единственный способ наполнить ум адекватным представлением о мире. Ум, лишённый чувственной связи в аскетическом устремлении к совершенству, по существу созерцает себя как совершенство Бытия. С другой стороны существование нашего ума в этой реальности не менее обосновано, чем наше чувственное познание. Ум – это наиболее утончённый элемент реальности, который обнаруживается в непосредственном самосознании. По той же причине, по которой мы признаем свой ограниченный эмпирический опыт отражением реальности, нет оснований отрицать и подобие безмолвного ума совершенству, понимаемому как полнота и завершённость. Безмолвие ума и есть полнота содержательной неопределённости смысла.

Язык не субъективен. Он объективен. Объективный язык включает в себя все остальные языки, которые и разошлись от него веточками, как от одного единого корня. Покрылись напластованиями ментальных и культурных ракурсов бытия каждого народа, породив богатейшее культурное и языковое разнообразие смыслов.

Является ли искусственный интеллект панацеей от всех наших бед или он не доведет до добра?

Печальное свойство жизни таково, что к пониманию, казалось бы, прописных истин можно придти лишь путем горького жизненного опыта, и любовь здесь – не исключение. Таким образом, высокое чувство любви, на все лады воспетое поэзией и прозой разных времен и народов и до сих пор остающееся идолом массовой культуры, заслуживает самого беспощадного приговора со стороны холодного разума, который своими доводами предписывает избегать любви как реального зла.